Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Сергей Минаев - новинка!

Уже в продаже!!!

Новый СЕРГЕЙ МИНАЕВ (amigo095)!

"Духless 21 века. Селфи"

Приобрести в интернет-магазине АСТ



В жизни известного писателя и телеведущего Владимира Богданова есть все составляющие успеха: автограф-сессии, презентации, прямой эфир, ночные клубы, поклонницы — и все это его давно не воодушевляет.
Но внезапно ход событий становится подвластным чьей-то злой воле, и герой в одночасье теряет работу, славу, друзей, любимую женщину. Он остается один на один с самим собой — и со своим отражением в глазах других людей.
Чей же образ они запечатлели? Почему он не узнает себя на фото и видео? И как ему вернуть свою жизнь?

Открытие официального портала Года литературы

26 января в медиацентре «Российской газеты» состоялась презентация портала Года литературы в России 2015 - ГодЛитературы.РФ.

В презентации главного информационного ресурса в сети Интернет, посвященного Году литературы в России, приняли участие представители Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям, Российского Книжного Союза, «Российской газеты», книжных издательств и общественных организаций.

Главный редактор «Российской газеты» Ядвига Юферова отметила большой вклад Российского Книжного Союза в разработку и создание портала: «РКС начинали этот проект и провели огромную работу».



Collapse )

Как известные писатели заставляли себя работать?

Отличный мотивирующий пост для начала рабочей недели!

Как создавались великие книги? Как Набоков писал «Лолиту»? Где творила Агата Кристи? Какой режим дня был у Хемингуэя? Эти и другие подробности творческого процесса знаменитых авторов — в нашем выпуске.

Для написания книги нужно в первую очередь вдохновение. Однако к каждому писателю приходит своя муза, причем приходит она не всегда и не везде. На какие только ухищрения ни шли знаменитые авторы, чтобы найти то самое место и тот самый момент, когда сюжет и персонажи книги складывались в их голове наилучшим образом. Кто бы мог подумать, что великие произведения создавались в таких условиях!

Collapse )

Лучшие библиотеки американских колледжей

Нуждаетесь в стимуле? Эти невероятные библиотеки вдохновят вас на обучение. Не важно, будете ли вы в высокотехнологичных залах или в читальных комнатах кафедрального стиля, вам непременно захочется поучиться, глядя на список ниже.

1. Библиотека Джо и Рика Мансуэто, Университет Чикаго

Библиотека Мансуэто представляет собой помещение с естественным освещением на поверхности (так называемый “пузырь”) и пять ярусов книгохранилища под землей. Студенты ищут книги в компьютерной базе, используя терминал, а роботы ищут их на книжных полках. Библиотека Мансуэто была открыта в 2011





Collapse )

О любви... Конкурс народных историй

Screenshot_1



Михаил Веллер, Издательство АСТ и Российская государственная библиотека для молодежи предлагают всем, всем, всем – детям и родителям, бабушкам и дедушкам – принять участие в издании народного сборника самых интересных рассказов о любви. Мы принимаем на конкурс истории любви, которые перевернули судьбы. Вспоминайте и пишите о любимых и тех, кто так или иначе повлиял на развитие отношений между влюбленными. Вспоминайте о том, как знакомились, ссорились и мирились. Пишите о любви своих родителей, друзей и рассказывайте о жизненных обстоятельствах, которые сближали людей или заставили их расстаться. Рассказывайте об обмане и самообмане любви, ссорах, признаниях, открытиях.... Напишите о проявлениях любви в жизни ваших детей – к маме или папе, бабушке или дедушке, игрушкам, «девочке из детского сада, на которой он намерен жениться». Мало того, Вы можете рассказать о своей любви к своему делу жизни, родине. Быть может, общими усилиями, ярко и доказательно, на примерах нам удастся ответить на вечный вопрос: что такое любовь? И какая она бывает в России? Какая она счастливая и несчастная? Что она делает с людьми? Как знать, вдруг мы с Вами создадим книгу, которая спасет кого-то от ошибок, поможет читателям разобраться в своих отношениях с близкими им людьми, по крови и по духу.

По итогам конкурса будет издана народная книга. Автором-составителем сборника будет писатель и философ Михаил Веллер. Пишите ему письма и делитесь своими воспоминаниями!

Конкурс продлится до 1 марта 2015 года.

Все подробности участия: http://wb.rgub.ru/condition/

Выбор редакции: "Поэтка" Людмилы Улицкой

улицкая
НАТАШИНА ПОЛЬША

Cлавянская тема занимала Наташу с ранних лет – и в жизни Наташи, и в ее творчестве. Я не встречала человека, поэта, который бы так страстно, так преданно любил слово. Это вовсе не означает, что не было на свете более великих поэтов, чем Наталья Горбаневская. Но именно слово, каждое в отдельности, наособицу, весь язык как стихия были местом ее пребывания. И этот язык был языком вообще-славянским, не ограниченно-русским. С годами в ее стихах появлялись, как будто контрабандой, слова польские, украинские, чешские, какие-то сомнительные для русского уха. Язык, избранный ее душой, был некоторый общеславянский... Иногда, в ущерб смыслу, она сбивалась на священное бормотание, на язык жрицы.
И бормотание это имело славянский звук. Она считала, что «славянские языки вообще, а русский в особенности, – порождают поэзию. Сейчас, читая в книгах или чаще в Интернете множество стихов известных мне и раньше неизвестных поэтов, я не устаю удивляться свободе языка, ткущего самые причудливые и новые комбинации смыслозвука».
И еще: у нее не было амбиций человека «первого ряда».
Она самозабвенно и весело пела на своей ветке с естественностью птицы, которая совершенно не интересуется мнением слушателей. Отсюда и биография. И параллели, до отвращения своевременные...
Collapse )

Интервью со Стивеном Кингом

lead

Мы знаем, вы ждали: “Мистер Мерседес” уже на русском — полтысячи страниц о таинственном незнакомце, “hard-boiled detective” от мастера ужаса Стивена Кинга.
Прочитать фрагмент романа (если вы этого еще не сделали) можно здесь, а у нас — большое интервью, которое писатель дал The Atlantic: о грамматике, писательском мастерстве и чтении вслух.


Джессика Лэй: Вы пишете, что “с успехом” преподавали грамматику. Как вы определяете “успех” в процессе преподавания?

Стивен Кинг: Успех — это когда удерживаешь внимание студентов с самого начала и раскрываешь им глаза на то, что большинство правил чрезвычайно просты. Я всегда говорю: не стоит зацикливаться на таких странных вещах, как неправильные глаголы (идти, шел, иду) и просто помнить о согласовании глагола и подлежащего.

Лэй: Когда меня просят назвать мои любимые книги, я прошу сузить область поиска: любимые книги для чтения или для преподавания? Вы приводите в своей книге “О писательстве” огромный список книг, обязательных к прочтению, но о каких книгах вам нравится рассказывать на уроках — и почему?

Кинг: Если говорить о литературе, то самая моя большая удача — это лекция, посвященная поэме Джеймса Дики “Падение”. Она о стюардессе, выпавшей из самолета. Студенты увидели, что поэма — расширенная метафора жизни вообще, с рождения до самой смерти, и им пришелся по нраву ее богатый язык. Хорошо приняли “Повелителя мух” и рассказы типа “Высокая блондинка” и “Лотерея” ( последнюю они обсудили вдоль и поперек – я улыбаюсь, просто вспоминая об этом) Никто не включает учебники по грамматике в списки обязательного чтения, но “Элементы стиля” — отличный справочник.

Лэй: В предисловии к “Элементам стиля” упоминается наставление «опускать ненужные слова». В то время как ваши книги объемны, манера вашего письма остается лаконичной. Как вы решаете, какие слова лишние, а какие необходимы для повествования?

Кинг: Ты слышишь это в своей голове, но с первого раза нельзя быть уверенным. Поэтому тебе приходится переписывать и переправлять текст. Мое правило — рассказ объемом в 3000 слов нужно ужимать до 2500 слов.
На практике это получается не всегда, но в большинстве случаев работает. Просто нужно выкинуть весь тот мусор, который не играет никакой роли. Долой бездельников! Даешь мясо!

Лэй: Если расширить тему разговора, как писатель-лектор может помочь студентам понять, какие слова подходят для их собственного творчества?Collapse )

Выбор редакции: "Автобиография" Марка Твена

твен1

Из «Биографии» Сюзи
«Мы с Кларой уверены, что папа подложил бабушке свинью насчет порки, которая изложена в “Приключениях Тома Сойера”:
“— ...Подай сюда розгу.
Розга засвистела в воздухе — казалось, беды не миновать.
— Ой, тетя, что это у вас за спиной?!
Тетя обернулась, подхватив юбки, чтобы уберечь себя от опасности. Мальчишка в один миг перемахнул через высокий забор и был таков”».

Сюзи с Кларой были совершенно правы в этом отношении.
Затем Сюзи пишет:
«И мы знаем, что папа постоянно удирал с уроков. А с какой готовностью папа притворялся, что умирает, лишь бы только не идти в школу!»
Эти открытия и разоблачения резки, но справедливы.
Если я так же прозрачен для других людей, как был для Сюзи, то я зря потратил в этой жизни массу усилий.
«Бабушка не могла заставить папу ходить в школу, поэтому разрешила ему пойти в типографию, чтобы освоить это ремесло. Он так и сделал и постепенно набрался знаний, которые дали ему возможность управляться в
жизни не хуже тех, что были более прилежными в ранние годы».

Примечательно, что Сюзи не впадает в излишнюю горячность, когда делает мне комплименты, а сохраняет приличествующую судье и биографу невозмутимость. Примечательно также — и это говорит в ее пользу как биографа, —что она раздает похвалы и критику справедливой и беспристрастной рукой.
У моей матери было со мной немало хлопот, но, мне кажется, ей это нравилось. У нее совсем не было хлопот с моим братом Генри, который был двумя годами моложе, и я думаю, что ничем не нарушаемое однообразие его правильности, правдивости и послушания были бы для нее бременем, если бы не разнообразие, которое вносил я.
Я был тонизирующим средством. Я был для нее ценен.
Я никогда не думал об этом прежде, но сейчас вижу это. Не помню, чтобы Генри сделал что-то дурное в отношении меня или кого-то другого, но часто делал правильные вещи, которые обходились мне так же дорого. В его обязанности входило докладывать обо мне, когда это требовалось, а сам я этим пренебрегал, и он очень добросовестно исполнял эту обязанность. С него написан Сид в «Томе Сойере». Но Сид не был копией Генри. Генри был гораздо лучше и тоньше, чем Сид.
Именно Генри привлек внимание моей матери к тому факту, что нитка, которой она зашила мой воротник, чтобы удержать меня от купания, сменила цвет. Без его помощи мать не обнаружила бы этого, и она была явно уязвлена, осознав что эта важная улика ускользнула от ее зоркого глаза. Эта деталь, вероятно, что-то добавила к моему наказанию. Это так по-человечески. Мы обычно мстим за свои недостатки кому-то другому, когда для этого есть подходящее оправдание. Но не важно: я выместил досаду на Генри. Всегда есть компенсация для тех, кто терпит несправедливость. Я часто мстил ему — иногда авансом, за то, чего еще не совершил. Бывали случаи, когда предоставлявшаяся возможность была слишком сильным искушением, и мне приходилось брать взаймы у будущего. Мне не было нужды перенимать эту мысль у своей матери, и, вероятно, я и не перенимал. Я сам до нее дошел. Тем не менее мать при оказии тоже действовала по этому принципу.
Collapse )

Интервью с Майклом Каннингемом

img-michael-cunningham_104157217645


Боллен: Вы когда-нибудь видели что-то схожее с огненным шаром в небесах [новый роман Каннингема “Снежная королева” начинается с описания огненного шара]?

Каннингем: Нет, ни разу. Моя мать была католичкой; мы с сестрой не были воцерковленными католиками. Все мое детство — это визиты к тетушкам, что жили в домах, наполненных изображениями святых и запахом ладана. В нашем совершенно светском пригороде от всего этого веяло ладаном и распятьем. Помню, как однажды, когда я уже учился в старшей школе, я подружился с девушкой, ходившей в католическую женскую школу. Я пошел посмотреть на то место, где они учатся — у самой дальней стены холла высилась беломраморная статуя Иисуса. А рядом с игровой площадкой — целое поле черных железных крестов. Помню свою реакцию: «Пропади пропадом моя обычная старшая школы, это похоже на разорившийся торговый центр».

Боллен: В терминах эстетики нет ничего лучше католической школы.

Каннингем: Есть что-то во всех этих ритуалах и набожности, что заставили меня удивиться: «Что, если светский, обычный парень с работой и кучкой приятелей станет свидетелем явления Христа — на что это будет похоже?» Я тотчас же подумал, что он бы почувствовал присутствие неопровержимых доказательств сознания, которое намного выше человеческого, но которое не скажет ему ничего. Никаких инструкций относительно его настоящего. Никто не скажет: «Ступай вперед и найди спящих, и проверь, в безопасности ли они». Ничего подобного.


Collapse )