July 25th, 2014

Энди Вейер, "Марсианин"

unnamed-48

Список романов о красной планете пополнился: американец Энди Вейер написал "Марсианина" — научно-фантастическую эпопею об астронавте, которого забыли в красных песках Марса. История о выживании в условиях разреженной атмосферы, нехватки кислорода и космического одиночества — под вой песчаных бурь и ритмы диско. Совсем скоро роман выйдет на русском, а пока — перевод интервью с автором книги:

— Я всегда люблю начинать с самого начала. О чем ваш роман “Марсианин”?

— Он об астронавте, которого забыли на Марсе. Случайно  — его команда улетела, подумав, что он погиб.

— Почему вы выбрали Марс местом действия романа, а не Луну или другую планету?

— Марс — следующий очевидный пункт назначения в космических полетах человечества. Однако он находится достаточно далеко, чтобы можно было быстро спасти миссию. Герой остается на планете совершенно один.

— Работая над описанием Марса, вы обращались к научным книгам или смотрели научно-фантастические фильмы, читали фикшн по теме?

— Я руководствовался исключительно реально существующей информацией, а также результатами собственных исследований. Я старался написать книгу, максимально точную с научной точки зрения. Это было одной из задач. Речь идет в том числе и об отраженных в романе свойствах планеты. Я сделал некоторые уступки в ходе сюжета, но старался их число свести к абсолютному минимуму.

— Как часто в процессе работы над книгой вам приходилось отказываться от интересной идеи лишь потому, что она недостаточно научна?

— Очень часто. Мне также приходилось возвращаться к уже написанному, чтобы перепроверить и поправить вещи, которые оказались неверными. Иногда задача просто непосильная. Одна из таких ошибок – неверный расчет периода обращения планеты — привела к тому, что мне пришлось переписывать заново даты происходящих в книге событий. Для большинства сюжетов подобная ошибка не представляла бы проблемы, но в «Марсианине» читателю сообщается точная информация относительно того, сколько главный герой пробыл на Марсе.

— Как часто вы ловили себя на мысли, что “Марсианин” — не научное исследование, а художественное произведение?
Collapse )

Weekender

unnamed-49
Всем нескучной пятницы и отличных выходных!
У нас традиционный Weekender:

Уроки симметрии от Андрея Битова, высокая вода в Венеции, новый сборник Дугласа Адамса и многое другое, что вы могли пропустить на уходящей неделе

Дмитрий Быков по-прежнему отчаянно призывает делиться историями из школьной жизни в рамках проекта “Мы вышли из школы”. Сделать это, а также почитать истории других бывших учеников можно здесь

А рассказать свои истории и истории своих бабушек и дедушек о войне можно здесь

42 — вот ответ на главный вопрос смыла жизни и существования Вселенной. У нас вышел сборник Дугласа Адамса “Детективное агентство Дирка Джентли” — о механических монахах, лошадях, не обделенных интеллектом и холистическом подходе при расследовании запутанных историй.

Детективы от Джозефины Тэй (ее, кстати, экранизировал сам великий и ужасный Альфред Хичкок)  и Филис Дороти Джеймс (у нас вышел ее новый роман “Череп под кожей”).

“Преподаватель симметрии” Андрея Битова — коллаж из эхо и голосов и попытка ответить на вопрос: “Кто такой Урбино Ваноски?”

“Всё самое важное” — книга мемуаров Оли Ватовой.

“Выбор редакции”: важнейший документ эпохи строительства БАМа — дневник Ивана Чистякова.

Традиционный шведский стол для любителей прекрасного:
Алиса” в стиле гонзо от иллюстратора “Страха и отвращения в Лас-Вегасе”

Еще одна Алиса (на сей раз — Кира Булычёва) в исполнении художницы Надежды Богуславской

Старейший книжный развал в Бостоне

“Высокая вода” в Венеции — здесь

Дорого, богато, красиво — посмотреть на монастырскую библиотеку в австрийском Адмонте можно здесь

Неуловимо-тревожащие книжные скульптуры от шотландского дизайнера Джорджии Рассел

Любителям отточенной графики и цитат — специальная подборка

Не забывайте читать книги!

Мы в социальных сетях:
facebook
vkontakte

Чтение на выходные: Нил Гейман, "Смерть и мёд" (Часть 1)

unnamed-50
Долгие годы в этих краях не могли понять, что случилось с седовласым стариком, варваром, который пришел с огромным заплечным мешком. Некоторые говорили, что его убили, а потом убийцы вырыли яму на месте лачуги старого Гао, построенной высоко на склоне холма, в поисках запрятанных сокровищ, но не нашли ничего, кроме пепла и почерневших от копоти латунных лотков.
Это случилось уже после исчезновения самого старого Гао, но до того, как его сын вернулся из Лицзяна, чтобы приглядывать за ульями на горе.
«Это проблема, — написал Холмс в 1899 году, — апатия. И отсутствие интереса. А точнее, все стало очень уж легко. Когда раскрытие преступления — вызов, когда есть вероятность, что у тебя не получится. Что ж, в этом случае преступления удерживают твое внимание. Когда если каждое преступление раскрывается, да еще решение находится с легкостью, тогда раскрывать их нет никакого смысла. Смотрите: этого человека убили. Что ж, сие означает, что кто-то его убил. Его убили по одной из множества мелких причин: он кому-то мешал, или располагал чем-то нужным другому, или разозлил кого-то. Ну в чем тут вызов? Можно, конечно, читать дневные газеты и с удовлетворением констатировать, что преступления, ставящие полицию в тупик, я раскрываю, еще не дочитав заметку до конца. Преступления раскрываются слишком легко. Они исчезают. Зачем звать полицию и давать им все ответы на их загадки? Пусть это будет вызовом им, если не представляет интереса для меня. Я живу только для того, чтобы отвечать на вызовы».
Пчелы холмов, где ночуют облака, холмов таких высоких, что иногда их называли горами, жужжали в блеклом солнечном свете, перелетая от одного весеннего цветка, растущего на склоне, к другому. Старый Гао без удовольствия слушал их
жужжание. Его двоюродный брат, который жил в деревне на другой стороне долины, владел многими десятками ульев, и все они наполнялись медом даже в это время года. Медом, белым как снег. Старый Гао не верил, что вкус белого меда лучше, чем желтого или светло-коричневого, который давали его пчелы, хотя меда они давали немного, но его двоюродный брат продавал белый мед по цене в два раза больше той, которую выручал старый Гао за свой самый лучший мед.
Collapse )

Чтение на выходные: Нил Гейман, "Смерть и мёд" (Часть 2)

unnamed-51

Майкрофт при жизни держался подальше от людей — остался отшельником и в смерти. Итак, три человека и священник, который брата моего не знал и понятия не имел, что предает земле не просто человека, а всемогущую руку британского
правительства.
Четверо крепких мужчин держали веревки, опуская останки моего брата в глубины его вечного упокоения. Посмею сказать, они едва сдерживались, чтобы не проклинать вслух вес гроба. Каждому я дал по полкроны чаевых. Майкрофт умер в пятьдесят четыре, и когда гроб опускали в могилу, я буквально слышал, как он, шумно хрипя, говорит мне: “Разве это не преступление, достойное расследования?”
Акцент у чужака оказался не такой уж сильный, и, несмотря на ограниченный словарный запас, он пытался говорить на местном наречии или похожем на него. Обучался он быстро. Старый Гао откашлялся и сплюнул в пыль. Ничего не отвечал. Не хотелось ему вести чужака на холм, не испытывал он желания тревожить пчел. По опыту старый Гао знал: чем меньше беспокоишь пчел, тем лучше они себя ведут. А если они ужалят варвара, что тогда?
Волосы у чужака были серебристо-белыми и редкими, а нос — первый варварский нос, увиденный старым Гао, — громадным и крючковатым и напомнил старому Гао орлиный клюв. Цветом загоревшая кожа чужака не так уж и отличалась от кожи старого Гао, и ее прорезали глубокие морщины. Старый Гао сомневался, что в состоянии прочитать выражение лица варвара так же верно, как выражение лица нормального человека, но у него сложилось ощущение, что человек этот настроен очень серьезно и при этом, возможно, несчастен.
— Зачем это вам?
— Я изучаю пчел. Ваш брат говорит: здесь есть большие черные пчелы. Необычные пчелы.
Старый Гао пожал плечами, но поправлять чужака по части неточно указанного родства не стал. Чужак спросил, поел ли старый Гао, и когда тот ответил, что нет, попросил вдову Цань принести им супа и риса, а также чего-нибудь вкусненького, что найдется на кухне.
“Вкусненьким” оказалось тушеное блюдо из древесных грибов, овощей и крошечной прозрачной рыбешки размером чуть больше головастика. Мужчины ели молча. Когда закончили, чужак сказал:
— Я сочту за честь, если вы покажете мне своих пчел.
Старый Гао промолчал, но чужак щедро заплатил вдове Цань и закинул мешок на спину. Подождал и, когда старый Гао встал, отправился за ним. Варвар нес мешок, словно тот ничего не весил. Силен для своего возраста, решил старый Гао, и задумался, так ли сильны все остальные варвары.
— Откуда вы?
— Из Англии, — ответил чужак.

Collapse )